dioscourides

В Риме сложно не чувствовать себя немного Воландом, если живешь на холме и весь Рим пред тобою в любое время, как ни взглянешь из окна. (Хотя это больше сиенцев квартирный вопрос испортил, а римлян я уж и не знаю, кто испортил, но как-то жалуются они на все преувеличенно, что-ли?). Спрашиваю у римской подруги: "Ты знаешь Булгакова, Мастер и Маргариту?" - "Да ты что, это же мой культовый (di culto, так и сказала) роман! Я его знаю наизусть, никогда так не смеялась, когда его читала! Вот помнишь, как там, вначале, когда Вотан подходит поговорить с этими двумя.." - и здесь время замедляется, т.к. я пытаюсь одновременно представить, что же именно там было смешного и думаю "почему они его Вотаном перевели?" - "Cento percento! ha risposto lui che amava le metafore raffinate" Так смешно! Такая ирония!" Это она про фразу "На все сто! – подтвердил тот, любя выражаться вычурно и фигурально". Так удивительно, я совсем этой вот иронии не замечала, прямо стыдно теперь.
А потом в Пизе, в одной квартире, во время интеллектуального ужина, одна профессорская чета рассказывала всем, как они посетили прошлым летом Петербург и как удивлялись, особенно профессорская синьора родом из Сиены, как Достоевский пишет "в узком проулке", а ведь эти достоевские дворы все - им с экскурсией показывали - совсем ведь не узкие. По сиенским-то меркам. И правда же!
А еще в этой же квартире листала антологию для чтения в школе, для возраста 12 лет, составленную Итало Кальвино, итальянцам тогда везло с образованием, если даже Кальвино делал учебники, и там есть отрывок из солдата Швейка! Самое начало про "Убили, значит, Фердинанда-то нашего". С контрольными вопросами потом: "Идиот ли Швейк на самом деле?" Мне бы никогда в голову не пришло задать такой именно вопрос после этого именно фрагмента. Я не знаю, я бы про собак что-нибудь спросила, если так надо, "Хорошо ли жилось собакам у Швейка?"

"Католический каннибализм" (неизбежно в кавычках, хотя) - страшно занятное явление. Советские "вкусняшки" - все эти свинки из яиц и мухоморы из помидоров - как бы сами по себе, и, кажется, что Сталина пряником не пекли. А в Италии пекли дуче и я тут читала  воспоминания детства одного человека из Калабрии, как он купил такой пряник,
( ... )

Первое мая прошло, финны остались одеты и в фонтанах не купались, чем не оправдали надежд. Зато в церкви Тринита деи Монти (это наверху лестницы той самой пьяццы ди Спанья),  я как увидела в ближайшем от входа нефе задницы, так и начала выделять их повсюду, потому что целостность художественного проекта.( le foto )

Я  теперь живу в Риме, в Финском институте на Яникулуме, Вилла Ланте. А прямо внизу - предварительная тюрьма Царицы Небесной и рядом с подножьем Вилла Ланте есть какие-то акустические каналы, поэтому можно иногда слышать, как туда кричат: "Как дела? Я завтра тоже приду!". Негр в автобусе говорит по телефону - а надо сказать, что Ватикан совсем рядом и я смотрю на его купол из окна на кухне, пока жду, как закипит вода - "молись за меня, мама, потому что мне нехорошо. Но я и сам виноват, последние три месяца сплю по три часа в день, потому что много работаю. Молись за меня, мама". И здесь ходит так много всяких религиозных, что я все думаю, как хорошо бы завести такой определитель их одежд для распознавания. Особенно те, что ходят в высоких сапогах, а на пузе у них то ли меч, то ли лилия вышит. А еще здесь летают зеленые попугаи и мне говорят, что они сбежали от монахинь внизу и теперь одичали. Иногда они прилетают сюда наверх и садятся на пальму во дворе. Сказали бы что-нибудь...

Такой кайф, в журнале Rivista critica della letteratura italiana за 1885 год была опубликована опись вещей одного студента из университета Пизы, датированная 17 декабря 1579: два табурета, деревянный молоток, лютня, барабан, метла, книжная полка и масса книг: ужасно много стихов, несколько книг о правилах дуэлей, ноты для игры на лютне, Петрарка, Бокаччо про знаменитых женщин, еще 20 музыкальных книг, сборник окончаний рифм у Данте и Петрарки (rimario delle cadenze di Dante e Petrarca), индекс запрещенных книг, деревянная сфера, трактаты о любви,  "шпаги и кинжалы для фехтования, одна пара", исписанные тетрадки и листки, и последний, 82, пункт очень странный: "Котелок, знак раскаянья, чем будет занят все время своей жизни" (Un pentolino, indicio del pentimento, che havrà del suo modo di fare tutto il tempo della vita sua).

Французов хлебом не корми, дай только набальзамировать чей-нить труп. Амбруаз Паре друга своего бальзамировал.
А тут один итальянский парень из Виареджо поехал во Францию, в казино поиграть, его арестовали за поддельные документы, он умер при неясных обстоятельствах в тюрьме и матери вернули труп сына, как она говорила "как мумию, весь в повязках" и внутри нет ничего, кости, мускулы и кожа и ни одного органа. Она написала письмо Карле Бруни, "как матери и итальянке", и, после ее вмешательства, в Италию прислали потом его сердце отдельно, остальное в декабре пообещали. Что это с ними?